Формирование беларуской нации. Культура Беларуси во второй половине

 

Отногенез белорусов во второй половине XIX века значительно ускорился и вышел на стадию формирования нации — новой исторической общности людей. Ее основными признаками являются общность территории, экономической жизни, языка, культуры, наличие этнического самосознания.

Такие признаки нации, как общность территории, языка и культуры присущи предшествующей исторической общности людей — народности. Для народности характерна также и некоторая экономическая общность. Но в процессе складывания народности экономическая общность не приобретает решающего значения, как это характерно для нации. В процессе формирования нации экономическая общность выходит на первый план и становится определяющим признаком, на основе которого происходит дальнейшее развитие остальных. Это и понятно. Народность соответствует рабовладельческому и феодальному способам производства, где главенствующее положение занимает натуральное хозяйство. Слабые экономические связи еще не могут играть определяющую роль.

При переходе к капиталистическому способу производства быстрыми темпами идет развитие товарно-денежных отношений. В конечном итого это приводит к тому, что экономические (рыночные) отношения пронизывают все сферы жизни человеческого общества. На этой основе происходит консолидация людей. Именно в экономики, в развитии капиталистических (товарно-денежных) отношений и внутреннего рынка следует искать причины возникновения наций.

В России формирование единого рынка началось в конце ХIХ века. Беларусь, включенная в состав Российской империи в результате разделов Речи Посполитой, начала втягиваться в ее культуру. В конце XVIII — первой половине XIX веков в Беларуси быстрыми темпами развивались товарно-денежные отношения, живилась торгово-промышленная деятельность городов, наметилась производственная специализация отдельных территорий. Это содействовало развитию хозяйственных связей между районами, вело к постепенной ликвидации их хозяйственной разобщенности и к формированию местного внутреннего рынка.

На основе этих изменений и началось формирование беларуской нации. Но в дореформенные годы, в период господства феодально-крепостнических отношений, натуральная система хозяйства еще не была полностью разрушена. Поэтому не была полностью изжита и экономическая разобщенность районов, хозяйственные связи между ними были еще слабыми. Только после отмены крепостного права, когда ускорилось развитие капитализма и товарно-денежные отношения проникли во все сферы экономики, формирование беларуской нации значительно ускоренными темпами.

Важную роль в этом процессе сыграло строительство в 70 — 80-е годы густой сети железных дорог. Железнодорожное сообщение содействовало развитию товарного оборота, втягиванию в товарно-денежные отношения глухих районов, притока городского населения. В конце XIX века экономическое разобщение уже было ликвидировано. На территории Беларуси сложился национальный рынок, который сыграл решающую роль в формировании других признаков — общности территории, языка, культуры, психического склада и объединил их в единое национальное целое.

Вторым важным признаком нации является общность ее территории. Территория беларуского этноса сложилась еще в период формирования народности, когда беларуские земли входили в состав Великого княжества Литовского и Речи Посполитой, После раздела Речи Посполитой беларуские земли оказались в составе Российской империи. Но царское правительство не признавало белорусов как самостоятельный этнос и не учитывало его национальные границы. Территория белорусов, как и их соседей (литовцев, поляков и латышей), была разделена между различными губерниями без учета этнического состава населения.

Основная масса белорусов проживала на территории пяти западных губерний — Витебской, Могилевской, Минской, Виленской и Гродненской. По данным Всероссийской переписи населения 1897 года, на их территории проживало 5408000 белорусов. В Могилевской губернии белорусы составляли 84,2% от всего населения, в Минской — 76%, Виленской — 56%, Витебской — 52%, Гродненской — 44%. В Виленской губернии беларуское население имело абсолютное большинство в Лидском, Ошмянском, Дисненском и Вилейском уездах, в Витебской губернии — в Дриссенском, Велижском, Невельском, Городокском, Лепельском, Полоцком и Витебском уездах, в Гродненской губернии — в Сокольском, Волковысском, Слонимском, Пружанском и Гродненском уездах. Почти половину (47%) белорусы составляли в Свентянском уезде Виленской губернии и Себежском уезде Витебской губернии. Таким же был удельный вес белорусов в Белостокском уезде Гродненской губернии.

Кроме белорусов, в этих пяти губерниях проживало также много евреев, русских, поляков, украинцев, литовцев, латышей и представителей других национальностей (3,1 млн. человек). Общая численность белорусов среди них составляла 73%, евреев — 13,8%, украинцев — 4,7%, поляков — 2,5%, представителей других национальностей — 1,7%. Евреи относительно равномерно были расселены по всему краю, концентрируясь в городах и местечках, где они составляли большинство. Литовцы преобладали в Трокском уезде Виленской губернии, латышы — в Люцинском и Режицком уездах Витебской губернии. Много литовцев проживало в Свентянском и Виленском уездах, латышей — в Двинском уезде. Польское население концентрировалось, в основном, в западных уездах Виленской и Гродненской губерний. Самым высоким был удельный вес поляков в Белостокском и Вельском уездах Гродненской губернии (34 — 35%) и в Виленском уезде Виленской губернии (20%). Украинцы, по данным переписи 1897 года, преобладали в Кобринском и Брестском уездах Гродненской губернии. Как видно из вышесказанного, не вся территория, где преобладало беларуское население, вошла в состав современной Беларуси и приняла участие в формировании беларуской нации. Большим был удельный вес белорусов и в некоторых уездах соседних губерний, которые также сегодня остались за пределами Республики Беларусь. Это Красненский уезд Смоленской губернии (90%), Суражский уезд Черниговской губернии (70%) и некоторые другие.

Консолидации территории беларуского этноса и, в частности, беларуской нации мешало то, что белорусы не имели своей государственности. Это создавало большие трудности на пути ее развития, но остановить эти процессы полностью было невозможно.

Абсолютное большинство белорусов во второй половине XIX века проживало в сельской местности (5062400 человек, или около 95%) и принадлежало к сословию крестьян. Но сельскохозяйственное население было неоднородным по своему социальному составу. Около 50% его составляли крестьяне-бедняки, 30% — середняки и около 20% — крупная аграрная буржуазия, фолъваровая шляхта и кулачество.

Среди торгово-промышленного населения белорусы насчитывали 220 тысяч человек. Владельцы промышленных предприятий и торговых заведений составляли среди них 10% (20 тысяч). 90% торгово-промышленного населения (более 200 тысяч) составили лица, работающие по найму. В целом в Беларуси основную прослойку торгово-промышленной буржуазии в это время оставляли евреи. Им принадлежало около 60% промышленных предприятий и торговых заведений, белорусам — только 25%.

Статистические данные свидетельствуют, что беларуская нация в конце XIX века делилась на следующие социальные группы:

а) крупная буржуазия (купцы, рантье, аграрная буржуазия, чиновники) — около 80 тысяч человек, или 1,4% всего на селения;

б) зажиточное население (фольварковая шляхта, кулаки, духовенство, чиновники) — около 1 млн. 100 тысяч человек, или 22% населения;

в) крестьянская беднота — 1 млн. 500 тысяч человек, или 27% на селения;

г) пролетариат и полупролетариат (рабочие, ремесленники, батраки) — 2 мнл. 750 тысяч человек, или 49,4% населения.

Как видно, более 76% белорусов составляли пролетариат, полупролетариат и крестьянская беднота (мелкие хозяева), около 14 % — принадлежало к эксплуататорским классам. Это свидетельствовало о том, что в Беларуси шел интенсивный процесс формирования основных классов буржуазного общества — буржуа и наемных рабочих.

Основную часть беларуской буржуазии составляла сельскохозяйственная буржуазия — кулачество. К началу XX века она сосредотачивала в своих руках около 30% надельной и 80% купчий арендной земель. Многие представители сельскохозяйственной буржуазии только формально носили старое сословное название «крестьянин», ибо по размерам своих земельных владений, и чем не уступали помещикам. В конце XIX века в пяти беларуских губерниях насчитывалось 1425 «крестьян», которые располагались личной земельной собственностью от 100 до 1000 десятин на двор, 37 из них владели земельными участками от 1000 до 10000 десятин. По подсчетам известного беларуского историка К. И. Шабуни, кулачество в Беларуси в конце XIX века уже насчитывало около 10% от общего количества крестьянских хозяйств.

Многие из зажиточных крестьян сочетали капиталистическое земледелие с торгово-промышленным предпринимательством. Они являлись собственниками или арендаторами мельниц, смолокурень и других предприятий. В 1886 году, например, в Бобруйском уезде в собственности крестьян находилось 28 таких предприятий, в Речицком — 75. В Минской губернии в 1875 году 219 крестьян имели речные суда на Припяти, Березине и Немане для перевозки грузов. Это были уже представители беларуской буржуазии.

Значительную прослойку беларуской национальной буржуазии составляла шляхта. Некоторая ее часть была ополячена или русифицирована, но, как показывают этнографические исследования, она была беларуской. Часть шляхты владела фольварками по наследству и принадлежала к дворянскому сословию. Согласно переписи населения 1897 года, 68 тысяч представителей сословия дворян (43,3% всего дворянства Беларуси) считали себя белорусами. Та часть шляхты, которая не доказала царскому правительству своего дворянского происхождения после восстаний 1830 и 1863 годов, была переведена в крестьянское сословие. Но по имущественному положению она была близка к сельской буржуазии (кулакам).

Одновременно с сформированием национальной буржуазии формировался и беларуский национальный пролетариат. По подсчетам известного беларуского историка М. О. Бича, в конце XIX века в промышленности, на транспорте, в торговле и связи, а также в качестве домашней прислуги и поденщиков в городах пяти беларуских губерний было занято 290 тысяч наемных рабочих: из них 49,7 тысяч (17,1%) белорусов, 29,4 тысяч (10,1%) русских, 29,6 тысяч (10,2%) поляков, 174 тысячи (60%) евреев, 2,3 тысячи (0,8%) литовцев, 3,6 тысячи (1,3%) латышей, 1,6 тысяч (0,6%) украинцев. Такая национальная пестрота рабочего класса была обусловлена национальным составом городского населения Беларуси. В силу действия еврейской черты оседлости и запрещения евреям заниматься земледелием и жить в сельской местности, основная масса еврейского населения проживала в городах и занималась торговлей и предпринимательством. По данным переписи 1897 года, в пяти белаоруских губерниях 58,2% горожан составляли евреи, 17,8% — русские, 12% — поляки. На долю белорусов припадало только 13,2% горожан.

Еврейские рабочие преобладали в ремесленном производстве. Среди фабрично-заводских и железнодорожных рабочих, которые насчитывали 85 тысяч человек, большинство составляли белорусы, русские и поляки. Большую армию наемных рабочих в это время представляли батраки и парабки, а также сезонные строительные сельскохозяйственные рабочие, в большинстве своем белорусы. В связи с массовым разорением крестьянства, переизбытком рабочей силы в сельском хозяйстве, ежегодно из Беларуси только в отхожие промыслы России уходили около 300 тысяч крестьян. Крестьяне в поисках работы выезжали также за пределы Российской империи, пополняя армию наемного рабочего труда.

Важным признаком нации является национальный язык. Национальная общность невозможна без общего языка, единого и понятного для всей нации. До конца XVIII века беларуский язык оставался языком народности с присущей ему пестротой территориальных диалектов и говоров. Он не имел еще общепринятых грамматических норм, закрепленных в литературе. Такой язык не мог обслуживать национальные связи, хозяйственную, общественно-политическую и культурную жизнь народа.

Создание экономической общности повлекло за собой изменение территориальных диалектов и постепенное их сглаживание. Словарный состав языка стал пополняться новыми словами, возникшими в связи с развитием промышленности, торговли, сельского хозяйства, транспорта. Одновременно из словарного состава языка вышло из употребления много устаревших слов, вязанных с отжившими явлениями феодальной эпохи. Живой сродный разговорный язык начал постепенно закрепляться в литературе.

Литературный язык формирующейся беларуской нации складывался на основе живого разговорного языка северо-западной минско-молодечненской группы среднебеларуских говоров. Это было исторически обусловлено. Территория, на которой были распространены эти говоры, была наиболее развитой в экономическом, общественно-политическом и культурном отношениях. На этой территории проживали и творили виднейшие представители беларуской культуры XIX — начала XX веков: И. Дунин-Марцинкевич, Ф. Богушевич, Я. Лучина, А. Гуринович, Я. Купала, Я. Колас, А. Пашкевич, З. Бядуля и другие. Каждый из них своими произведениями внес в беларускую литературу элементы преимущественно среднебеларуских говоров.

Беларуский литературный язык развивался, главным образом, как язык художественной литературы и отчасти публицистики (газета «Мужицкая правда», анонимные «гутарки», подпольные листовки и другие). Но в нем преобладала бытовая лексика, отсутствовала политическая, научно-техническая, юридическая и административно-канцелярская терминология.

Формирование беларуского литературного языка сопровождалось выработкой лексических, фонетических и грамматических норм, закреплением их в литературе. Однако в течение XIX века такие нормы в литературе еще не установились. Объясняется это еще слабым развитием беларуской литературы, преследуемой царизмом, а также ограниченным кругом писателей и поэтов, отсутствием беларуских издательств, которые обычно ведут редакторскую работу, содействующую нормализации языка. Определенные успехи в выработке литературных норм языка были достигнуты только в начале XX века, когда в литературу пришла плеяда выдающихся беларуских писателей и поэтов во главе с Я. Купалом и Я. Коласом, начали издаваться на беларуском языке книги и газеты.

Серьезным препятствием развитию беларуского языка и закреплению его в литературе было то, что он был языком угнетенной нации, не имеющей своей государственности. Вплоть до октября 1905 года на нем не разрешалось печатать книги, газеты, его не изучали в школе, не допускали в государственные учреждения. Он практически не использовался в деловой, хозяйственной и культурной жизни городов. К сожалению, эта тенденция имеет место и в настоящее время. И тем не менее, беларуский язык развивался и оказывал содействие развитию и укреплению национальных связей, поскольку обслуживал основную массу населения края.

В процессе формирования основных признаков беларуской нации складывался и такой ее признак, как психический склад, проявляющийся, прежде всего, в общности национальной культуры. Психический склад, или национальный характер, является отражением материально-бытовых условий жизни многих поколений народа, его истории, важнейших событий, наложивших отпечаток на жизнь и развитие нации. В процессе исторического опыта у белорусов выработались такие черты национального характера, как любовь к Родине, свободолюбие, ненависть к угнетателям и мужество в борьбе с ними, уважение и братские чувства к другим народам, стойкость и терпение в преодолении трудностей и лишений, трудолюбие.

Важным показателем формирующейся нации является уровень развития ее культуры. Во второй половине XIX века она сделала значительный шаг вперед в своем развитии.

 


  • порнуха

  • На главную
  • [© 2014 Историки